О деньгах в моих мечтах

Сегодня с одним знакомым зашел разговор о мечтах и планах на жизнь и я поймала себя на мысли, что в моих мечтах никогда не фигурировали большие суммы денег. Не знаю, я никогда(ну,последние 3-4 года) не мечтала о крутой машине, огромном-огромном доме, личном самолете, ужинах в самых дорогих ресторанах, дорогой одежде и безделушках...Все эти вещи стоят в ряду того, чего я скорее даже НЕ хочу иметь в своем будущем. Да, я люблю деньги. Деньги дают свободу, открывают много дорог. Но мне не нужно много денег. Конечно, иногда я думаю, что если б у меня было много денег я бы занималась благотворительностью, делала мир лучше и все такое, но с другой стороны, выдержу ли я? С деньгами приходят и соблазны, и проблемы, и какая-то социальная изоляция. Я хочу иметь хороший, средний уровень жизни. Мой идеал - это дом у моря или гор, квартира в какой-нибудь другой стране(что б можно было туда убегать и все равно чувствовать себя как дома), хорошая машина(хотя сперва надо научиться ее водить:D), возможность полноценно путешествоваать как минимум два раза в год и не задумываться над стоимостью каких-то бытовых покупок. И честно, большего мне не надо. Остальное - излишества. А эти излишества еще и накладывают обязательства, ты вливаешься в эту среду избранных толстосумов, а это общество имеет свои законы, которым надо соответствовать. Но это все мишура... И мало кто имеет в себе силы, что б оставаться самим собой, а в первую очередь, оставаться человеком. Ну а мне как-то и не хочется испытывать себя на прочность в этом отношении...
Ах, ну может быть еще мне хотелось бы иметь деньги на содержание питомника для собак)))) 

Генри Мур и мое отношение к современному искусству

Сейчас на центральной площади Валенсии проходит небольшая выставка известного британского скульптора, "Пикассо" скульптуры двадцатого века - Генри Мура. И глядя на все это я снова вернулась к рассуждениям о современном искусстве. Возможно, проблема во мне, что мой эстетический вкус не так развит и я не способна воспринимать столь тонкие и метафоричные вещи...Но мне не нравится. Именно так можно охарактиризовать мое отношение. Мне не нравится, меня это не цепляет и не вызывает никаких эмоций. На мой взгляд, произведение искусства должно порождать в зрителе различную гамму чувств: от эстетического наслаждения, восхищения, чувства возвышенности до ужаса, отвращения и шока. Но идея должна быть видимой, ощутимой без посторонней информации. Когда ты стоишь лицом к лицу с этим предметом. Ты не знаешь ничего о нем, не знаешь чем руководствовался автор, какая идея в него заложена. И вот это первое впечатление играет ключевую роль. Не "хорошо" или "плохо" отражает идею, а только лишь "нравится" и "не нравится". И уже потом ты раскрываешь замысел автора, переоткрываешь этот предмет под другим углом, примечаешь детали и оцениваешь все в сумме. Но во многих предметах современного искусства невозможно увидеть что-то без информации со стороны, без разьяснения. Читая описания скульптур Мура, я думаю "да, это неплохо, революционно и имеет смысл", но когда я стою перед этими скульптурами, я не вижу всего этого. Но ведь всегда, для совершенно любой вещи, можно придумать смысл, открыть в ней тайные значения, узреть изящную символику. И если каждый человек будет вглядываться, то он найдет что-то уникальное, алигоричное в самом простом предмете, в котором никакого смысла и нет. Но и тут каждый будет видеть что-то свое. А ведь это уже не искусство, все-таки в искусстве должна оставаться доля обьективности и непосредственного восприятия...Я уважаю художников и скульпторов двадцатого века за их новаторство...Именно за их новые идеи. Но это разовые кадры и уже никогда не повторить этих прорывов, этого бунта. Но мы все продолжаем, и продолжаем видеть эти "шедевры современного искусства". И самое обидное, что рисовать как Боттичелли или Делакруа уже не круто...Это скучно. Я признаю, что Мур - это часть искусства, но это какой-то другой блок... другое искусство. И ему никогда не сравниться с шедеврами живописи эпохи Возрождения или скульптурой неоклассицизма.

dTaJXCYbIOAQwyNlW98JJk
kTsDP-OrMNA
L642bytPP5g

О понимании мира

Я пришла к мысли, что чем больше ты переживаешь и прочувствываешь, тем больше начинаешь понимать других людей, мотивы их поступков и причины, по которым они встали именно на этот, а не на другой путь. Личный жизненный опыт - ключ к пониманию мироустройства. А способность понимать - это большой дар. Невозможно понять мир используя узкую гамму чувств и эмоций. А для высвобождения этих чувств и эмоций нужен опыт, тяжелые решения, выбор,  пограничные ситуации. Без этого не запустится истиный механизм прочувствования, сопереживания и единения с миром.
Опыт дает волю чувствам, а чувства помогают понять.

Похороны мечты и обретение свободы.

Один из способов почувствовать свободу - это отвергнуть и обрести равнодушие к тому, что раньше имело первостепенную важность, отказаться от своей мечты, но отказаться не под давлением обстоятельств извне, а всилу внутренних причин, внезапного и абсолютного обесценивания этой заветной мечты. Вот человек идет к чему-то, думает только об этом, все его мысли, слова, действия направлены так или иначе на эту цель, он ослеплен ею, не видит других дорог и открытых дверей..но потом что-то происходит и вот уже эта мечта рассеивается, приходит осознание того,что это не так уж и нужно для жизни, счастья,что можно пойти другим путем. И так приходит истиная свабода. Новая точка отсчета, на которой еще все возможно, когда ты стоишь перед этим нечто, смотришь в его глубину и видишь целые вселенные, далекие звезды и новые галактики. И это чувство восторга невозможно описать! Все возможно в этот момент! Ты свободен, на тебе не висит мертвый груз неоправданных надежд и ожиданий, чувств, мыслей, твое бытие не смешивается с бытием других, которые всегда будут посторонними, насколько близкими вы не были. Есть только ты и только об этом ты можешь судить и только этим ты можешь довольствоваться. И это чувство томящей, но прекрасной свободы приходит тогда, когда умирают своей смертью мечты. Весь мир падает к твоим ногам, ты - конструктор универсума, волен создать новую мечту, более совершенную, прекрасную. И в этом мгновении всегда есть вера, что на этот раз все будет по-другому. Вера в неизвестное прекрасное. И в этой неизвестности, бесформленности и бессодержательности живет дух свободы.

Бродского много не бывает

Новая доза вдохновения!

Вполголоса — конечно, не во весь

прощаюсь навсегда с твоим порогом.

Не шелохнется град, не встрепенется весь

от голоса приглушенного. С Богом!

По лестнице, на улицу, во тьму…

Перед тобой — окраины в дыму,

простор болот, вечерняя прохлада.

Я не преграда взору твоему,

словам твоим печальным — не преграда.

И что он — отсюда не видать.

Пучки травы… и лиственниц убранство…

Тебе не в радость, мне не в благодать

безлюдное, доступное пространство.

POSTSCRIPTUM

Как жаль, что тем, чем стало для меня

твое существование, не стало

мое существованье для тебя.

…В который раз на старом пустыре

я запускаю в проволочный космос

свой медный грош, увенчанный гербом,

в отчаянной попытке возвеличить

момент соединения… Увы,

тому, кто не умеет заменить

собой весь мир, обычно остается

крутить щербатый телефонный диск,

как стол на спиритическом сеансе,

покуда призрак не ответит эхом

последним воплям зуммера в ночи.

СТРОФЫ

I

На прощанье — ни звука.

Граммофон за стеной.

В этом мире разлука

лишь прообраз иной.

Ибо врозь, а не подле

мало веки смежать

вплоть до смерти. И после

нам не вместе лежать.

II

Кто бы ни был виновен,

но, идя на правеж,

воздаяния вровень

с невиновным не ждешь.

Тем верней расстаемся,

что имеем в виду,

что в раю не сойдемся,

не столкнемся в аду.

III

Как подзол раздирает

бороздою соха,

правота разделяет

беспощадней греха.

Не вина, но оплошность

разбивает стекло.

Что скорбеть, расколовшись,

что вино утекло?

IV

Чем тесней единенье,

тем кромешней разрыв.

Не спасут затемненья

ни рапид, ни наплыв.

В нашей твердости толка

больше нету. В чести

одаренность осколка,

жизнь сосуда вести.

V

Наполняйся же хмелем,

осушайся до дна.

Только емкость поделим,

но не крепость вина.

Да и я не загублен,

даже ежели впредь,

кроме сходства зазубрин,

общих черт не узреть.

VI

Нет деленья на чуждых.

Есть граница стыда

в виде разницы в чувствах

при словце «никогда».

Так скорбим, но хороним,

переходим к делам,

чтобы смерть, как синоним,

разделить пополам.

VIII

Невозможность свиданья

превращает страну

в вариант мирозданья,

хоть она в ширину,

завидущая к славе,

не уступит любой

залетейской державе;

превзойдет голытьбой.

X

Что ж без пользы неволишь

уничтожить следы?

Эти строки всего лишь

подголосок беды.

Обрастание сплетней

подтверждает к тому ж:

расставанье заметней,

чем слияние душ.

ХI

И, чтоб гончим не выдал —

Ни моим, ни твоим

адрес мой — храпоидол

или твой — херувим,

на прощанье — ни звука;

только хор Аонид.

Так посмертная мука

и при жизни саднит.

ПИЛИГРИМЫ

Мои мечты и чувства в сотый раз

идут к тебе дорогой пилигримов.

В. Шекспир

Мимо ристалищ, капищ,

мимо храмов и баров,

мимо шикарных кладбищ,

мимо больших базаров,

мира и горя мимо,

мимо Мекки и Рима,

синим солнцем палимы,

идут по земле пилигримы.

Увечны они, горбаты,

голодны, полуодеты,

глаза их полны заката,

сердца их полны рассвета.

За ними поют пустыни,

вспыхивают зарницы,

звезды дрожат над ними,

и хрипло кричат им птицы:

что мир останется прежним,

да, останется прежним,

ослепительно снежным

и сомнительно нежным,

мир останется лживым,

мир останется вечным,

может быть, постижимым,

но все-таки бесконечным.

И, значит, не будет толка

от веры в себя да в Бога.

…И значит, остались только

иллюзия и дорога.

И быть над землей закатам,

и быть над землей рассветам.

Удобрить ее солдатам.

Одобрить ее поэтам.

«Сумев отгородиться от людей…»

Сумев отгородиться от людей,

я от себя хочу отгородиться.

Не изгородь из тесаных жердей,

а зеркало тут больше пригодится.

Я созерцаю хмурые черты,

щетину, бугорки на подбородке…

Трельяж для разводящейся четы,

пожалуй, лучший вид перегородки.

В него влезают сумерки в окне,

край пахоты с огромными скворцами

и озеро — как брешь в стене,

увенчанной еловыми зубцами.

Того гляди, что из озерных дыр

да и вообще — через любую лужу

сюда полезет посторонний мир.

Иль этот уползет наружу.

ПО ДОРОГЕ НА СКИРОС

Я покидаю город, как Тезей

свой Лабиринт, оставив Минотавра

смердеть, а Ариадну — ворковать

в объятьях Вакха.

Вот она, победа!

Апофеоз подвижничества! Бог

как раз тогда подстраивает встречу,

когда мы, в центре завершив дела,

уже бредем по пустырю с добычей,

навеки уходя из этих мест,

чтоб больше никогда не возвращаться.

В конце концов, убийство есть убийство.

Долг смертных ополчаться на чудовищ.

Но кто сказал, что чудища бессмертны?

И — дабы не могли мы возомнить

себя отличными от побежденных

Бог отнимает всякую награду

(тайком от глаз ликующей толпы)

и нам велит молчать. И мы уходим.

Теперь уже и вправду — навсегда.

Ведь если может человек вернуться

на место преступленья, то туда,

где был унижен, он прийти не сможет.

И в этом пункте планы Божества

и наше ощущенье униженья

настолько абсолютно совпадают,

что за спиною остаются: ночь,

смердящий зверь, ликующие толпы,

дома, огни. И Вакх на пустыре

милуется в потемках с Ариадной.

Когда-нибудь придется возвращаться.

Назад. Домой. К родному очагу.

И ляжет путь мой через этот город.

Дай Бог тогда, чтоб не было со мной

двуострого меча, поскольку город

обычно начинается для тех,

кто в нем живет,

с центральных площадей

и башен.

А для странника — с окраин.

«На прения с самим собою ночь…»

На прения с самим собою ночь

убив, глотаешь дым, уже не прочь

в набрякшую гортань рукой залезть.

По пуговицам грань готов провесть.

Чиняя себе правёж, душе, уму,

порою изведешь такую тьму

и времени и слов, что ломит грудь,

что в зеркало готов подчас взглянуть.

Но это только ты, и жизнь твоя

уложена в черты лица, края

которого тверды в беде, в труде

и, видимо, чужды любой среде.

Но это только ты. Твое лицо

для спорящей четы само кольцо.

Не зеркала вина, что скривлен рот:

ты Лотова жена и сам же Лот.

Но это только ты. А фон твой — ад.

Смотри без суеты вперед. Назад

без ужаса смотри. Будь прям и горд,

раздроблен изнутри, на ощупь тверд.

О значении философии в моей жизни

Трудно описать какие чувства я испытываю погружаясь в мир этой науки. Единственное, что я могу точно сказать на сегодняшний день, Философия - моя пока что единственная истиная любовь. Я влюблена в любовь. В любовь к мудрости! И это не пустые слова. Когда мой могз наполнен этими идеями, когда я читаю книги, анализирую, когда во мне рождается что-то новое, то, чего раньше не касалось мое сознание - я летаю и на глаза наворачиваются слезы.
Нет, я не могу назвать себя философом в полном смысле этого слова. Мне далеко до величия. И мой уровень развития еще не настолько велик, что б создать что-то уникальное. Но мне нравится потреблять, поглащать плоды интеллектуальных трудов великих умов. И я просто обожаю думать! Думать - это одна из тех вещей, которые доставляют мне огромное удовольствие и удовлетворение. Когда ты натыкаешься на что-то противоречивое, мутное и загадочное, и путем логических и сентиментальных операций пробираешься вглубь этих проблем, взвешиваешь все "за" и "против", находишь аргументы, что-то, чего раньше ты не замечал и в конце приходишь к выводу, который отличается от поверхностного суждения, сделанного при первом беглом взгляде. И иногда ты откапываешь что-то такое, что переворачивает твой мир.
Философия проясняет и помогает систематизировать фундаментальные проблемы бытия. Для меня большинство философских тем похожи на некую массу, полный хаос, и чтобы упорядочить этот хаос необходимо помыслить эти темы, пропустить через себя, осознать и слиться с ними, и тогда они приобретут ясность, пусть даже относительную. Необходимо добраться до стержня, истока этих тем.
Недавно, после очередной посиделки за бутылочкой пива и обсуждении философии Канта, мой друг написал такие слова:
"A veces tiendo a pensar que la historia ha ido produciendo toda su sabiduría no para que sea estudiada por eruditos, o para que sea expresada en mil libros arrinconados en bibliotecas, sino para que unas cuantas personas, con apasionado amor por la verdad (que siempre es proceso), la discutan en alguna de esas tertulias cotidianas. Ahí es cuando reluce, como subsuelo de la amistad, una de las pocas cosas dignas que uno puede hacer en su vida; conocerse a sí mismo."
Для незнающих испанский передаю смысл: история произвела всю свою мудрость не для того, что б она была изучена киким-то эрудитом и была загнана в миллион книг, пылящихся на полках в библиотеке, но сделала это для того, что б несколько человек, обьединенных любовью к правде(которая всегда есть процесс), рассуждали об этом на одной из посиделок и что дружба - лучшая почва для этого. Я полностью согласна с этими словами! В диалоге рождается истина. Невозможно мыслить, философствовать в изоляции. Всегда нужно взаимная отдача, что б кто-то помогал в выборе напровления, критиковал или наоборот одобрял. Необходимо слушать другие мнения, иные позиции на одну тему. НО, я не говорю о "философии на кухне", о разговорах о жизни обыденной, бытовухе. Это не философия. Когда я говорю о философии и философских проблемах, я говорю о НАУКЕ, в академическом контексте. И люди, с которыми строиться диалог, должны быть подготовлены в рамках этой темы. И тогда происходит магия!
В заключение мне бы хотелось резюмировать, что за пять лет изучения философии в двух университетах, находящихся, можно сказать, в различных мирах, я научилась думать. И я точно определила для себя сферу, в которой хочу развертывать свою жизнь. Я счастливый человек, потому что нахожусь на своем пути и получаю удовольствие от этой дороги. В будущем мне бы хотелось остаться тут и помочь найти себя другим людям, которые тоже обнаружили в себе эту экзистенциональную влюбленность. 

Письмо Жана-Поля Сартра об «Ивановом детстве» Андрея Тарковского

http://liva.com.ua/sartre-tarkovsky.html

Человеческое общество идёт к своей цели, выжившие достигнут её, однако этот маленький мертвец, крошечный зародыш, сметённый историей, останется как вопрос, на который нет ответа. Его гибель ничего не меняет, но заставляет нас увидеть окружающий мир в новом свете.

Видео лекции Сэма Харриса "Может ли наука определить моральные ценности? "

Оригинал взят у donmigel_62 в Видео лекции Сэма Харриса "Может ли наука определить моральные ценности? "

Сэм Харрис. Может ли наука определить моральные ценности?


В своей новой работе Сэм Харрис, автор книг «Конец веры» и «Письмо к христианской нации», призывает к завершению религиозной монополии на мораль и общечеловеческие ценности. «Моральный ландшафт» стирает границу между научными фактами и человеческими ценностями, разрушая наиболее принятое обоснование для религиозной веры: система морали не может основываться на науке.
Книга «Конец веры» подтолкнула к дебатам о состоятельности религии во всем мире. Вследствие этого, Харрис обнаружил, что многие ученые и религиозные деятели сходятся в одном мнении: науке нечего предложить в отношении человеческих ценностей. Даже среди фундаменталистов очень часто можно услышать довод, основанный не на убедительном доказательстве существования бога, а на одной вере, которой вполне достаточно, чтобы прожить жизнь достойно. Споры о человеческих ценностях лежат в сфере, где наука официально не имеет своего мнения. Такое положение вещей существовало до сих пор.
Автор утверждает, что мораль, по сути, является развивающейся ветвью нейробиологии, в то время как ответы на вопросы о нашей системе ценностей можно представить визуально в качестве «морального ландшафта», в котором вершины и впадины отображают состояние большего или меньшего человеческого благополучия. Различные способы мышления и поведения, проявляющиеся в разных культурных практиках, этических нормах, формах правления и т.д. выражаются в перемещениях по всему ландшафту. Такие изменения могут быть проанализированы на многих уровнях — от биохимии до экономики. В то же время, осознание того, что они представляют собой опыт человеческого мозга, является критическим.

Харрис привносит свежий светский взгляд на вековые вопросы о том, что хорошо и что плохо, показывая на примерах, как много теперь известно о функционировании нашего мозга и его взаимосвязи с происходящим вокруг, чтобы утверждать, что существуют правильные и неправильные ответы на наиболее животрепещущие вопросы в жизни человека. Поскольку такие ответы существуют, идея культурного релятивизма оказывается неверной, и человечество платит за нее высокую цену. По аналогии с тем, что нет христианской или исламской алгебры, не может быть и христианской или исламской нравственности. Используя знания философии и нейробиологии наряду с опытом участия в «культурных войнах», Сэм Харрис приводит веские доводы в отношении будущего науки и основ для сотрудничества людей.

В точку

Стихотворение Веры Полозковой

Я.
Ниспадающая.
Ничья.
Беспрекословная, как знаменье.
Вздорная.
Волосы в три ручья.
Он - гримаска девчоночья -
Беспокойство. Недоуменье.

Я - открытая всем ветрам,
Раскаленная до озноба.
Он - ест сырники по утрам,
Ни о чем не скорбя особо.

Я -
Измеряю слова
Навес,
Переплавляя их тут же в пули,
Он - сидит у окна на стуле
И не сводит очей с небес.

Мы-
Не знаем друг друга.
Нас -
Нет еще как местоименья.
Только -
Капелька умиленья.
Любования. Сожаленья.
Он - миндальная форма глаз,
Руки, слепленные точёно...
В общем - в тысячу первый раз,
Лоб сжимая разгорячённо,
Быть веселой - чуть напоказ -
И, хватая обрывки фраз,
Остроумствовать обречённо,
Боже, как это все никчёмно -
Никогда не случится "нас"
Как единства местоимений,
Только горсточка сожалений. -
Все закончилось. Свет погас.

Я.
Все та же.
И даже
Ночь
Мне тихонько целует веки.
Не сломать меня.
Не помочь.
Я - Юпитера дочь.
Вовеки.
Меня трудно любить
Земным.
В вихре ожесточённых весён
Я порой задохнусь иным,
Что лучист, вознесён, несносен...
Но ему не построят храм,
Что пребудет велик и вечен -
Он ест сырники по утрам
И влюбляется в смертных женщин.


Я же
Все-таки лишь струна.
Только
Голос.
Без слов.
Без плоти.
Муза.
Дух.
Только не жена. -
Ветер,
Пойманный
На излёте.